ЛОМ.

[SlavaG]

в какой то момент, не помню, я стал решать сам для себя: что такое хорошо и что такое плохо.
это постояно меняется.

[tab]

Какие претезии к Стругацким?

Как к писателям, нет.У меня их книги имеюца,и все тома серии "Время учеников",тоже интересно.
Но как к типа идеологам и философам - да, особенно классовая ненависть как к ярким представителям русской интеллигенции.
Согласитесь, что коммунистические Миры Полудня как-то мало соответствуют унутри себя Трудно быть богом и Жук в муравейнике.
А там еще и Обитаемый остров был.

Ну,и антисталинщина так и прет.
Хотя,если не сталинщина,была бы алоизовщина. И натановичи вряд ли творили.

Сталкер это круто,но там же такая же ловушка,как в свое время со Станиславом Лемом при экранизации Тарковским. Лем был очень недоволен.
Патамушта и в Сталкере,и особенно в Солярисе в экранизации прозвучала такая идея - разберитесь сначала сами с собой, прежде чем лезть в космос.
Я солярис даже не досмотрел.Скука,конгресс,немцы какие-то...(Ц)

Зы.Обратите внимание,как все эти карманные диссиденты (с фигой в кармане) и типа Великие творцы в посткомуняцкую эпоху не создали ничего хорошего.
Как тот же Рязанов,который снимал жополизный предвыборный фильмец эльцыну.Капитализм,бабло побеждает зло.

[tab]

в какой то момент, не помню, я стал решать сам для себя: что такое хорошо и что такое плохо.
это постояно меняется.

Я это решил уже давно.Как говорил маркс-сникерс (а до него сократ) ,подвергай все скепсису (типа сомнению).

Смотрел я мазню пикассо и дали и думал -ну, и нафига мне это нужно?
Ибо я в живописи дуб дубом.Я такое даже в туалет бы не повесил.
Брейгель таки да.Но это уже разница вкусов и восприятия.

[Сержант]

Ну,и антисталинщина так и прет.
Хотя,если не сталинщина,была бы алоизовщина. И натановичи вряд ли творили.

Если бы не сталинщина еще неизвестно была бы вообще алоизовщина...

[Фил]

Таб, ты Пикник на обочине читал? Или только фильм смотрел? Потому как такой бред, какой ты несешь о Стругацких, только в зоне может быть навеян!

[rianna]

в какой то момент, не помню, я стал решать сам для себя: что такое хорошо и что такое плохо.
это постояно меняется.

у меня также.

[tab]

Вспомился один из Ломов.
Которого все из Балшой алии вспоминают по любому,кто хорошо,а кто очень плохо.
Это Антон Носик,зихроно левраха.

Почитайте сами.Я не был ни за его идею не брать машканты,ни против.
Не патамушта я такой умный - у меня дених не было.

https://www.facebook.com/groups/2136937 ... 623099133/

Там еще интересно описано,как вылечили буллинг руссоязов в школе.

ИЗРАИЛЬ, 90-е. КАК ЭТО БЫЛО ·
Rami Yudovin
·
19 ч.
·
Это было давно – в конце девяностых, в то переходное время, когда многие влезали в надежные с железной пластиной некрасивые рабочие ботинки, чтобы оплачивать машканту и арнону.
Со мной тогда работал Марк. Такой же новый репатриант, как и я. В Омске – инженер, человек чертежей и стула (пока не закрыли завод). В Израиле – подсобный рабочий, человек лома и лопаты. Он страдал от невозможности работать по специальности. Но кто виноват? Ты решил вложиться не в учёбу, а в квартиру и машину, а всё время тратить на работу, засасывающую, как трясина своей усталостью с гарантированной оплатой, позволяющей тебе бедность де-люкс.
Он с женой купил старую квартиру в Акко – в районе, скажем честно, не для открыток. Купил и новую машину – по скидке для репатриантов, как положено. Где район так себе, там и школа соответствующая. Это аксиома.
У Марка было двое детей: девочка лет тринадцати и мальчик лет шести. Девочка была ему не родной. Но он всегда говорил об этом так, что вопрос снимался сам собой:
«Для меня нет разницы между Катей и Сашей. В этом и есть секрет нашего семейного счастья».
Однажды я угодил в неприятную историю – на Адаре. Чисто случайно, как это обычно бывает. Вышел из неё с минимальными потерями – чего не скажешь об оппонентах. Но удовольствия в этом не было никакого. Даже наоборот. Особенно для такого убеждённого пацифиста, как я.
После этого случая Марк подошёл ко мне с просьбой. Не для себя – для Кати.
В школе её доставали. Не били – нет, всё было «цивилизованно»: толкали, дёргали, цеплялись, оскорбляли. Если что, говновзрослые уже с детства такие. Тоже аксиома.

[tab]

Катя терпела. Иногда плакала. Терпела дальше. Стоило ей огрызнуться — к девочкам тут же подключались мальчики. Коллективное воспитание тех, у кого русский акцент и тех, кто не умеет за себя постоять.
«Не мог бы ты её научить?» – спросил Марк.
Я отказался сразу. Категорически. В армии, куда я уже тогда начал регулярно захаживать, я и так показывал разные штуки, но там по делу. Спарринговал, в том числе, с одним абсолютно отбитым шведом «по матери» — блондином с голубыми глазами, которого в израильской школе восьмидесятых пытались буллить за внешность.
Правда, недолго. Пара сломанных «расистских» носов быстро лечит оскорбления на этнической почве.
Старые люди с авторитетными наколками говорили: «По масти не судят». И, как ни странно, были правы.
Но Марк уговорил. Девочку было жалко. В итоге — два раза в неделю он привозил Катю и внимательно наблюдал за происходящим, подбадривая дочь.
Она профессионально, насколько это вообще возможно в Израиле, занималась плаванием. И это чувствовалось сразу. Девочка была не просто сильной – она была мощной.
Внутри неё жила какая-то сжатая, молчаливая ярость. Она била по лапам без устали, вкладываясь в каждый удар, будто вбивала в них чужие имена и свои страхи.
Марк сидел рядом и улыбался.
Катя рычала, когда входила в раж. Блокировала, уходила, мгновенно переходила в контратаку – накидывала без передышки. Дыхалка что надо.

[tab]

Через месяц я сказал Марку, что дальше заниматься не имеет смысла. И честно признался: её сила и ярость меня пугают.
Катя, узнав, что тренировки прекращаются, расстроилась по-настоящему. Было видно: она привыкла. К движению. К контролю. К этому дисциплинированному насилию, которое вдруг сделало мир проще и понятнее.
А потом однажды Марк влетел в мой кабинет сияющий, счастливый, как человек, выигравший спор с судьбой.
– Нас в школу вызывают! К директору!
– Что случилось? – спросил я, хотя уже догадывался.
– Катя избила троих. Одной девочке сломала нос, мальчику – челюсть.
Такого счастливого постоянно недовольного Марка я никогда не видел.
Он рассказывал, захлёбываясь.
– Как только к ней снова полезли – она схватила главную «вражинку» за волосы и ударила об колено.
– Я такому её не учил… – растерянно сказал я.
– Второй девочке – ногой в живот. Та сложилась пополам. А мальчику, который замахнулся, – в челюсть.
– И что теперь? – обречённо спросил я.
– Ничего! Нам пофиг. Мы уезжаем в Канаду. Мне там предложили место инженера.
Некоторое время мы поддерживали связь. Марк был доволен, правда жаловался на холод. Особенно его радовали успехи Кати. Она хорошо училась, стала местной чемпионкой по плаванию, звездой школы и главное – уверенной, спокойной и собранной.
Морали тут не будет.
Я просто вспомнил эту историю — в связи с недавней дракой школьниц в Нетании. Вроде бы в приличном городе: «русских» и «французов».

[tab]

Если бы не сталинщина еще неизвестно была бы вообще алоизовщина...

Это Вам Виктор Суворов напел?

Проблема была в том, "похабный версальский мир" был заточен сразу так, что по любому это было перемирием,сами французы об этом говорили.

----------------------------------------------------------------------------

Версальский мирный договор 1919 года часто называют не миром, а «протоколом о намерениях» для следующей войны. Самая знаменитая цитата на этот счет принадлежит французскому маршалу Фердинанду Фошу, который, увидев текст договора, произнес пророческие слова: «Это не мир, это перемирие на двадцать лет». Он ошибся всего на два месяца. Почему «мир» на самом деле был «миной»? Историки и современники выделяют несколько критических ошибок, которые сделали новую войну неизбежной: Унижение вместо примирения: Статья 231 («Статья о вине за войну») возлагала всю ответственность исключительно на Германию. Это создало в немецком обществе мощнейшее чувство несправедливости, на котором позже виртуозно сыграли нацисты.Экономическое удушение: Репарации были настолько огромными (\(132\) млрд золотых марок), что экономика Германии оказалась в коме. Это привело к гиперинфляции и нищете, ставшей почвой для радикализма.Территориальный лоскутный мир: Создание новых государств и «Данцигского коридора» оставило миллионы этнических немцев за пределами страны, что дало повод для лозунгов о «собирании земель».Парадокс силы: Германия была унижена, но не сокрушена окончательно. Ее промышленный потенциал остался в разы выше, чем у соседей, а единство нации (в отличие от распавшейся Австро-Венгрии) сохранилось. Позиция французов Французы, кстати, были недовольны Версалем по прямо противоположной причине. Тот же Фош и Клемансо считали договор слишком мягким. Они хотели: Полного расчленения Германии на мелкие государства.Установления границы по Рейну.Постоянных гарантий безопасности от Британии и США (которые в итоге самоустранились). В итоге получился худший из возможных вариантов: договор был достаточно суровым, чтобы вызвать жажду мести, но недостаточно жестким, чтобы лишить Германию возможности эту месть осуществить.(Ц)

Ну,а если вспомнить,что Менагер реальной власти до 1928 года не имел,да и опосля сильно в внешнюю политику не лез,до самой Испании,тогда нефик.