Враждебность, присущая администрации Байдена, ясно показывает, что, вопреки болтовне СМИ, мартовские выборы в Израиле станут ключевым идеологическим событием. Именно тогда решится, сохранит ли Израиль сионистскую идею или примет постсионизм, станет ли Израиль бороться за свой суверенитет и свои интересы или уступит и то, и другое в пользу хороших отношений с откровенными ненавистниками Израиля.
В самом Израиле Нетаниягу противостоят два, хоть и разных, но союзных друг другу лагеря. Оба они выступают под лозунгом о необходимости умиротворения администрации США.
Первый лагерь — это, своего рода «юридическая каста», ведущая откровенную идеологическую войну против Нетаниягу и всего национального лагеря в целом. При активной поддержке средств массовой информации, влиятельных юридических кругов и элит служб национальной безопасности, могущественные государственные юристы посвятили свои карьеры свержению Нетаниягу и блокированию проведения национальной политики буквально на всех направлениях.
Юридический советник правительства Авихай Мандельблит и Председатель Верховного суда Эстер Хают
Представляя себя защитниками «верховенства закона», они, по сути, навязывали министрам правительства проведение радикальной левой, постсионистской политики.
Независимо от того, касался ли вопрос прав собственности Израиля в Иудее и Самарии, исполнения иммиграционных законов Израиля для высылки нелегальных иностранцев из страны или соблюдения еврейских ритуалов в общественном пространстве, государственная прокуратура, институт юридического советника правительства и Верховный суд раз за разом использовали свои полномочия для принуждения правительства к принятию радикальных постсионистских позиций, противоречащих мнению общественного большинства.
Для них предстоящие выборы не являются референдумом по вопросу отношения к Нетаниягу, как таковому. Для них — это референдум о том, сумеют ли они удержать за собой отнятые у правительства и Кнессета полномочия, позволяющие им и дальше продвигать свою радикальную повестку дня.
«Юридическая каста» вот уже давно черпает своё вдохновение у юридических активистов в Европе и США, и, занимая идеологически радикальные позиции, разумеется, предпочитает линию умиротворение врагов Израиля, а не упорную защиту национальных интересов.
Второй лагерь, противостоящий Нетаниягу, состоит из его политических противников. При этом, в отличие от откровенных левых (таких, например, как лидер партии Авода Мейрав Михаэли), министр обороны Бенни Ганц, министр иностранных дел Габи Ашкенази и лидер оппозиции Яир Лапид, не раскрывают свои идеологические карты на всеобщее обозрение. Они просто говорят о ненависти к Нетаниягу.
Однако все их заявления и действия ясно показывают, что они не станут противостоять администрации Байдена в защите прав и интересов Израиля в Иудее и Самарии, и не будут выступать против администрации, чтобы помешать ей вернуть США к ядерной сделке с Ираном, гарантирующей превращение этой страны в ядерную державу. Хвастаясь своими теплыми отношениями с командой Байдена, они всегда утаивают тот факт, что все их связи основаны на готовности принимать позицию американской администрации, вне зависимости от того, какие последствия это будет иметь
для стратегической позиции и интересов страны.
При этом политические оппоненты Нетаниягу принадлежат не только к левой стороне политического спектра. Две якобы правые партии — «Наш дом Израиль» и «Новая надежда» — объединились с левыми в совместном усилии свалить Нетаниягу.
Хоть сами они и отрицают это, они, увы, также являются членами лагеря умиротворения.
Лидер партии «Наш дом Израиль» Авигдор Либерман, ясно доказал это, отказавшись присоединяться к правительству под руководством Нетаниягу и таким образом, блокируя формирование правой коалиции в течение трех последовательных выборов в 2019 и 2020 годах.
Что касается лидера «Новой надежды» Гидеона Саара, его приверженность к лагерю умиротворению проявляется как в его политических позициях и действиях, так и в действиях его коллег.
После ухода из Ликуда Саар вслед за Либерманом объявил, что не присоединится к правительству Нетаниягу. Поскольку единственным альтернативным вариантом является присоединение к левому правительству, Саар по умолчанию поместил свою «правую» партию влево.
В равной степени показательно и то, что Саар оказал полную поддержку «юридической касте», тем самым, придав легитимацию продолжающимся усилиям государственной прокуратуры, юридического советника и Верховного суда по присвоению остатков исполнительной власти правительства, в определении национальной политики и законодательных полномочий Кнессета в принятии законов.
Предстоящие в Израиле 23 марта выборы нередко преподносятся в СМИ как своего рода референдум в отношении премьер-министра Биньямина Нетаниягу. Противники Нетаниягу настойчиво убеждают общество поверить в отсутствие на этих выборах какой-либо идеологической борьбы. Мол, вопрос лишь в том, любите вы Нетаниягу или ненавидите его.
Но это неправда! Предстоящие выборы — это прежде всего идеологическое столкновение. И чтобы понять, почему это действительно так, достаточно внимательнее присмотреться к назначениям президента Джо Байдена.
кто из соперников нетаниягу сможет сказать Байдену "нет !" ?
https://evreimir.com/194637/21-01-30-gl ... 0CYG33p5JI
