В. Дымарский― ..., наверное, перед любой властью в сегодняшнем мире – стоит выбор между экономической катастрофой и гуманитарной.
В. Пастухов― Ну, вы знаете, я думаю, что, во-первых, Путин здесь не одинок. Этот выбор сделали практически все лидеры мира. Все лидеры, скажем так, первого мира. Все прекрасно понимают, выбор между чем и чем. На самом деле, никакого выбора нет. Человек – это этическое животное. И в этом смысле вообще в принципе мы все прекрасно понимаем, что та угроза, которая стоит сегодня перед человечеством, она не приведет…
Если не будет злокачественной какой-то модификации этого вируса, от чего тоже никто не застрахован, но пока при нынешней ситуации мы понимаем, что это не та угроза, от которой погибнет вся человеческая популяция. То есть в любом случае мы говорим об угрозе в пределах 1% (максимум 2%) от населения земли.
А. Венедиктов― Но это миллионы. Это 7 миллионов.
В. Пастухов― Это миллионы. И мы прекрасно понимаем, что если мы сейчас посадим на карантин эту же планету, погибнут эти же миллионы, но других. Тут очень простая математика. Поймите, что есть люди, которые погибли от коронавируса, и есть люди, которые погибнут от онкологических и прочих нелеченых заболеваний, которые, просто пока они сидят на карантине, не получат нормального лечения.
В. Дымарский― Но еще появятся люди, которые погибнут от голода и так далее.
В. Пастухов― Совершенно верно. Появятся люди, которые просто заболеют о стресса. Появятся люди, которые будут звереть, потому что, на самом деле, у значительной части населения эта подушка безопасности – она 2-3 (максимум 4) месяца, а у многих и этой нет.
Теперь у нас есть абсолютно четкая развилка. То есть мы не знаем сценария. То есть очень хороший для нас сценарий, если это все укладывается в 6 месяцев – основная такая часть, после которой медленно карантин начинает сходить на нет. Но есть и сценарий, при котором это может все длиться до появления вакцины, которое, кстати, тоже не гарантировано. Вакцину от СПИДа делают уже почти 30 лет, а воз и ныне там. Но, допустим, ее сделают. Но это все равно где-то до 18 месяцев. Если это пойдет по сценарию 18 месяцев, то появятся новые совершенно жертвы.
Таким образом, жертвы, уже понятно, будут в обоих случаях. И вопрос состоит в том, может ли сегодня человечество с этической, а вовсе не с экономический, точки зрения сказать себе: мы считаем, что сегодня мы должны пожертвовать нашими стариками, мы просто не будем их брать в больницы, потому что легче дать им сегодня умереть, чем остановить экономику, и все остальные будут умирать.
Так вот с мой точки зрения, у человечества, и слава богу, на самом деле, такого выбора нет, как не бывает выбора у нормальной роты, которая оставила своего раненого, и 20 здоровых под огнем лезут, для того чтобы этого раненого забрать своего, и при этом чтобы забрать одного раненого, погибли 4 не раненых в этой операции. Это такая вот всемирная операция «Спасти пенсионера Райана». То есть все прекрасно понимают, что происходит.
