dodlod писал(а): ↑Ср фев 11, 2026 7:17 pm
Вам шашечки или ехать?
Продолжение ниже.
Вот странный Саня человек - ему нравится когда его носом куда-нибудь тыкают.
1. Официальные заявления МИД Индии (февраль 2026)
Министерство иностранных дел Индии (MEA) и первый заместитель министра иностранных дел Викрам Мисри на брифингах 9–10 февраля 2026 года заявили:
Приоритет безопасности: Энергетическая безопасность 1,4 миллиарда граждан является высшим приоритетом, и решения о закупках принимаются исходя из рыночной конъюнктуры.
Диверсификация: Правительство подтвердило, что стратегия страны заключается в расширении списка поставщиков, чтобы не зависеть от какого-то одного источника (подразумевая Россию).
Реакция на слова Трампа: На прямой вопрос о заявлении Дональда Трампа касательно отказа Индии от нефти РФ, Мисри ответил, что индийская политика остается «ориентированной на рынок» и Индия не может связывать энергетические закупки с политическими обязательствами.
2. Заявления министра нефти Хардипа Сингха Пури
Министр нефти Индии неоднократно подтверждал тренд на снижение закупок:
Признание снижения: В конце января 2026 года Пури подтвердил, что поставки из России уже упали до 1,3 млн баррелей в сутки (с 1,8 млн в 2025 году), назвав это «нисходящим трендом», вызванным рыночными условиями.
Поиск альтернатив: Министр отметил, что Индия использует свой статус крупнейшего потребителя для переговоров о более выгодных сделках с другими странами (США, Бразилия, Гайана), так как импорт из «одного источника» (РФ) начал сокращаться.
3. Действия индийских НПЗ
Хотя правительство избегает резких формулировок об «отказе», фактические действия индийских госкомпаний подтверждают смену курса:
Пауза в закупках: Крупнейшие государственные НПЗ (IOC, BPCL) и частная Reliance приостановили спотовые закупки российской нефти на март и апрель 2026 года.
Исключение: Единственной компанией, продолжающей активные закупки, остается Nayara Energy (частично принадлежит «Роснефти»), однако и она планирует остановку на техобслуживание в апреле.
Итог: Индия официально подтверждает снижение зависимости от российской нефти и курс на диверсификацию, но юридически и дипломатически формулирует это как «рыночную необходимость», а не как прямой запрет или выполнение условий США.